Рубен Арутюнян: «Во время оценки я работаю с информацией и рассматриваю людей как наборы данных об их поведении, а не как личности с глубоким внутренним миром»

ГлавнаяО компанииСтатьи и публикацииHeadMade by SHL: проект о сотрудниках SHL RussiaРубен Арутюнян: «Во время оценки я работаю с информацией и рассматриваю людей как наборы данных об их поведении, а не как личности с глубоким внутренним миром»
Рубен Арутюнян: «Во время оценки я работаю с информацией и рассматриваю людей как наборы данных об их поведении, а не как личности с глубоким внутренним миром»

HeadMade by SHL – это проект о сотрудниках SHL Russia. Предлагаем вашему вниманию интервью с сотрудником SHL, работающим сразу в двух областях - IT и HR-консалтинг - Рубеном Арутюняном.

Путь из IT в HR-консалтинг
«Отчасти мне повезло, скажем так. Я уже долгое время работал в SHL, и однажды у нас был проект по оценке, на который довольно радикально не хватало людей: кто-то заболел, кто-то уже был на другом проекте. И мне сказали: «Слушай, ну вот надо как-то помочь, давай». Провели обучение. Понятно, что меня сразу не отправили оценивать людей, но у меня была возможность поучаствовать в проекте в качестве администратора. И мне понравилось. Тогда я понимал на каком-то бессознательном уровне, что если не включусь в этот проект, у меня будут достаточно сильные ограничения с точки зрения и карьерного роста, и развития, и продвижения.

А после этого… ну как-то все очень завертелось. Я на каком-то этапе даже полностью перешел в консалтинг. Потом вернулся в IT уже с этим багажом, и он мне сильно помогает.

У одного из фантастов есть мысль о том, что узкая специализация - это для насекомых. Я это довольно близко к сердцу принял, ведь чтобы понимать, как все работает в целом, фокусироваться на одной области при этом – ну, это как-то странно. Надо понимать, как работает бизнес целиком: что происходит в других подразделениях, какие задачи выполняет компания, чем она в принципе занимается».

Два в одном
«Сочетать IT и консалтинг… сложно, на самом деле. Да, я могу выполнять 95% тех задач, которые выполняет штатный консультант, но в данный момент моя основная задача - реализация проектов, где IT и консалтинг связаны неразрывно. Это автоматизация в сфере IT, разработка систем, которые помогают HR-специалистам решать свои задачи. Да, я где-то между… одной ногой здесь, другой там, и это сильно упрощает у нас процессы взаимодействия внутри компании. Я могу разговаривать и на языке консалтинга, что позволяет отсекать или принимать идеи без длительных согласований. Например, если консалтинг или клиент на встрече говорит: «а вот если мы сделаем такую штуку и это автоматизируем?», я могу сразу ответить на два вопроса: реально ли это автоматизировать и будет ли это методологически верно с точки зрения качественных процедур оценки персонала. И нет необходимости возвращаться, идти в консалтинг, идти в IT. Очень упрощает жизнь - и мне, и коллегам.

При этом я не передаю информацию просто как буфер обмена, это бы было слишком скучно. У меня, слава богу, есть возможность финальные решения принимать, и это для меня очень важно. Это критично».



Обезличенная оценка
«К счастью, у нас технологическая компания, и наша технология построена так, чтобы максимально снизить возможность влияния человеческого фактора на процесс оценки. То есть за меня практически все делает технология.

И мой айтишный опыт помогает, честно говоря. Поскольку у нас не психотерапевтическое мероприятие, а все-таки оценочное, во время ассессмента я рассматриваю людей как наборы данных об их поведении, а не как личности с глубоким внутренним миром. Это позволяет совершенно четко делить: вот поведение, вот прогнозирование этого поведения, а вот человек. Он может мне нравиться, например, но поведение неэффективно.

Это, скорее даже, личностная особенность: мне больше интересны данные и информация, чем, я бы так сказал, поведение в чистом виде. И когда я работаю с данными, я просто работаю с данными, они даже к человеку не относятся. Я могу забыть, как он выглядит, как его зовут. Собственно, такое обезличивание происходит, и не приходится себя возвращать к объективности, потому что нет отхождения от нее.
Компьютеры же не думают, чьи данные они обрабатывают, они просто делают. Ну вот, я стараюсь так же. Пока, вроде, получается».

Лайфхаки против впечатлительности
«Я думаю, что все, кто с нашей компанией знакомы, знают и те психометрические инструменты, которые мы используем. Например, про личностные опросники. Так вот, я до процедуры оценки никогда в них не смотрю, чтобы у меня не было никаких ожиданий о человеке до того, как я его увижу.

А после встречи с человеком сначала ищу примеры, не подтверждающие результаты личностного опросника, а противоречащие им. Потому что это позволяет немножко себя, что называется, «прибить к земле».
Если есть какие-то явные несовпадения, это повод на какие-то вещи обратить большее внимание».



This is a woman’s world…
«Да, в HR’е работают в основном женщины. По-другому и быть не могло, по той простой причине, что женщины заинтересованы в людях больше, чем мужчины. Мужчин больше интересует техника, например. Да, мы разные, это нормально :-)

Сложно ли мне в мире женщин? Ну нет, не сложно. На самом деле работать с женщинами очень полезно, это взгляд с другой стороны. Есть какие-то вещи, которые я, возможно, игнорирую. Не в рамках процедуры оценки (там все достаточно четко), а именно в рамках взаимодействий, переговоров и так далее. Я слышу какую-нибудь позицию и думаю: «Господи, ну мне даже в голову такое не приходило!..». Ну, потому что я думаю по-другому. Получается больше содержательности в беседах. Так что я прекрасно себя чувствую».

Ценность IT и HR
«Никогда в IT скучно не бывает! Это постоянная динамика - все движется, все изменяется. А в сфере HR… здесь у меня есть возможность видеть, как работают разные люди. Мне как оценщику гораздо интереснее наблюдать за теми, кто что-то делает здорово, потому что у них есть какие-то свои методы, подходы. Можно что-то из этого перенять, выяснить, за счет чего они добились таких результатов. Ну, и в принципе поговорить с крайне интересными людьми, что здорово.

А второй момент… Есть некие стереотипы - они не то чтобы совсем не обоснованы. Про то, что айтишники - это такие странные люди, которые разговаривают на птичьем языке, их никто не понимает и так далее.
И я, собственно, раньше не сильно отличался от этого стереотипа. Надо признать, что я был прямо в тренде: свитер, борода – все, как надо. В итоге борода осталась, от свитера пришлось… не то чтобы избавиться, просто как-то необходимость отпала. А вот навык взаимодействия с разными людьми в разных ситуациях и способность доносить свои мысли так, чтобы они были понятны другим (ну и избавление от комплекса Бога параллельно) - это очень помогло, да. Возможность как бы выйти из этого кокона.

Это адаптация. Это все еще я, просто я могу разговаривать с разными людьми так, чтобы они меня понимали. Так что это полезно».

Отражение профессии в жизни
«Навык предоставления обратной связи помогает везде. Это способ донесения своих мыслей до другого человека, даже в ситуации, когда ему может быть неприятно или сложно их принять - так, чтобы он хотя бы задумался. А в лучшем случае и воспринял эту информацию и что-то поменял.

Второй момент: когда тебе необходимо думать про других людей, сложно не пытаться анализировать самого себя. Это такая профдеформация и рефлексия, у меня это стало присутствовать в гораздо большем объеме. Я анализирую, что я делаю, насколько я был эффективен, или не был. Что мне надо сделать, чтобы стать эффективнее. Не могу сказать, что со всеми этими выводами я поработал, и у меня все теперь замечательно – нет, конечно. Я все еще живой человек. Но это помогает».

Мой обычный день
«У меня есть два типа дней: день, когда я прямо работаю-работаю, и день, когда я себе позволяю работать в более мягком режиме и больше времени семье уделить.

День, когда я работаю, - это встать в 6:30, лучше в 6:00. Быстренько что-то позавтракать, попытаться заставить себя сделать зарядку. Прыгнуть за руль и поехать в офис. В такие дни я оказываюсь в офисе часов в 7 и работаю до 22-х, когда можно доехать обратно до дома без пробок. Это высокорабочий день.

Невысокорабочий – отвести ребенка в детский сад с утра, вернуться, спокойно позавтракать, позалипать на новости, которые не успел прочитать в предыдущие дни. Поработать в спокойном режиме до половины четвертого, забрать ребенка из садика, погулять с ним и провести вечер с семьей. В такие дни я, естественно, доступен в месседжерах, по телефону, но это позволяет не быть привязанным к рабочему месту и не стоять часами в пробках.

Еще я пытаюсь ходить в тренажерный зал, но получается плохо. Как те люди, которые купили абонемент, а потом не ходят почти никогда. Да… мы знаем, как это бывает.
Из хобби… гугл-доковский табличный редактор мне нравится. Люблю делать в нем что-нибудь безумное с базовым функционалом. И еще настольные ролевые игры люблю. Вот эти две вещи».

Блиц-интервью

Главная ценность в жизни?
Не могу сказать. Я анализировал этот вопрос буквально недавно. Не смог выделить. Пока работаю над этим. И очень активно.

Источник(и) вдохновения?
Джордан Питерсон (канадский психолог) и Ричард Докинз (эволюционный биолог).

Музыка или живопись?
Ммм, сложно прямо… Ни то, ни другое… Данные. Да, красивые данные :-)

Бумажные книги или электронные?
Индифферентно.

Впечатления или практичность?
Практичность. Я слишком ленив для впечатлений. Лень порождает практичность.

Человек или искусственный интеллект?
Пока человек.

Один вопрос любому человеку: кого и о чем бы вы спросили?
Сложный вопрос.
Я бы спросил Иисуса Христа, что его сподвигло сделать из иудаизма как религии выживальщиков христианство как абсолютно гуманистическую религию. Потому что я, честно говоря, никаких объективных плюсов на тот момент не вижу в таком переходе.

Вы можете задать вопрос Рубену Арутюняну, воспользовавшись формой ниже.